По благословению
митрополита Екатеринбургского
и Верхотурского Евгения
16 декабря 17:54
«Если мы оправдаем себя, то будем лицемерами; если оправдаем другого, мы научимся любить»: иерей Константин Корепанов об осуждении и прощении

О фарисействе и лицемерии в жизни современных православных людей, об осуждении и самооправдании, о том, как покаяться и вымолить прощение,  сказал в своем слове проповеди за архиерейской Божественной литургией в Храме на Крови в минувшее воскресенье, 13 декабря 2020 года, иерей Константин Корепанов. Напомним, богослужение возглавили Преосвященные архипастыри: митрополит Казанский и Татарстанский Кирилл, епископ Каменский и Камышловский Мефодий, глава Екатеринбургской митрополии епископ Екатеринбургский и Верхотурский Евгений, епископ Нижнетагильский и Невьянский Алексий.

Свою проповедь отец Константин начал с того, что напомнил о Евангелие дня, звучавшем за богослужением. В нем говорилось о том, как Господь субботним днем исцелил женщину, которая была «связана сатаной восемнадцать лет», и Его упрекнули  за то фарисеи. 

Пастырь сравнил, нас, современных православных людей с  теми фарисеями, которые жили во времена Нового Завета. Священник призвал не смотреть на других людей и не искать в них какие-либо грехи, как это делали фарисеи, но заглянуть в собственное сердце и увидеть там лицемерие, которое всегда проявляется, когда мы судим.

- Мы на самом деле грешим в тот момент, когда судим другого человека, ибо лицемерим и знаем, что мы грешим теми же делами, теми же словами, теми же поступками, что и человек, нами судимый; только мера разная, а сам грех один и тот же. Поэтому и судим.

И исцеление от греха проявляется в том, что человек наконец-то перестал судить. Если он не судит пьяницу и прелюбодея, вольного человека и гневного человека, если он не судит убийцу и блудницу, то значит, он познал тайну: он такой же, и его занимает его собственный грех, а не то, как грешат другие люди. И когда человек познает, что он такое, кто он такой на самом деле, когда он увидит, что он не лучше другого человека, и он может делать те же самые грехи, что делает другой человек, всякое желание осуждать пропадет, потому что сердце человека вылечилось, исцелилось. И к этому исцелению призывает нас Господь. И пока мы не вылечились от этого, мы лицемеры. Все. Пока мы судим другого человека и завидуем другому человеку, мы лицемеры. Поэтому мы и получается, что фарисействуем. Всегда фарисействуем, ибо обращаем внимание на внешность свою собственную и гордимся, что мы этого не делаем, а вот это делаем: в храм ходим, пост соблюдаем, молитвы творим. А то, что у нас на сердце гордыня и не любовь ни к Богу, ни к ближнему, нам нет до этого дела. Мы видим только внешность свою собственную. Мы только надели маску благочестивого человека, а внутри мы наполнены мерзостью гордыни  и нелюбви. И поэтому Страшный Суд будет для нас воистину страшным.

Что же делать? Что делать человеку, который узнал, что он лицемер, что он ходит в маске, что нужно каким-то образом стать настоящим, подлинным? Конечно, необходимо общение с Богом, с истиной, со светом, который просвещает всякую тьму. Но мы же и этот путь закрыли. Мы не хотим общаться со светом, мы не хотим действительно прийти к Богу и помолиться Ему всем сердцем. Мы прячем сердце. Оно нам не ведомо. Мы просто берем молитвослов и читаем положенные молитвы. Мы легко научились читать, мы легко научились пользоваться молитвословом. Благо, сейчас издается русским шрифтом. И читать его удобно. И мы читаем. Все больше и больше нам это нравится, потому что это питает наше тщеславие и гордыню. Мы довольны собой. Мы начинаем превозноситься над другими, почитав в течение двух лет акафисты и молитвы, мы уже пренебрежительно относимся ко всем, ко всем вообще: к тем, кто читает плохо, к тем, кто читает неправильно, к тем, кто читает мало, и, не говоря уже о тех, кто не читает вообще. Это все фарисейство, потому что внешнее. Сердце исполнено гордыни. И вкусить света, который бы просветил нашу тьму, мы не можем, ибо молитва стала формальной. Она ни о чем и ни к чему не приводит, потому что сердце наше во время молитвы не животворится Святым духом. Это просто слова, которые мы произносим.

Есть еще одно средство, которое было не сразу, но с какого-то времени заняло прочное место в жизни церковного сообщества и стало Таинством, в котором действует благодать Святого Духа. Это Таинство – покаяние. Таинство, когда мы сокрушаемся в своих грехах. Вот мы приходим на исповедь, мы должны здесь в присутствии священника перед Богом объявить о том, какие у нас грехи. Конечно, и это мы научились претворять в лицемерное действие, в форму. Мы превратили это в простое перечисление грехов. Внутренне мы оправдываем себя. Мы хотим поскорее назвать эти грехи. Но если бы кто-то в этот момент вскрыл наше сердце, он бы увидел, что там нет покаяния. Мы просто перечисляем скорей, скорей, быстрей, только бы причаститься. А как сделать, чтобы было покаяние? Почему это не покаяние? Потому что мы даже грехи произносим, внутренне оправдывая себя. Мы даже исповедь так строим и так говорим.

Второе, что мы делаем на исповеди, мы стараемся сказать, что мы же не должны этого исполнять: «Сужу я, сужу. Но где вы видели человека, кто не судит? Это невозможно. А раз невозможно, что вы от меня это требуете? Мало ли что в Писании написано, вы же не видели такого человека, значит, это невозможно. Не требуйте от меня этого». То есть человек уверен, что заповеди Божии, которые сказаны, они невозможны для исполнения, их ни за что на свете не исполнить: «Поэтому я и не требую с себя, чтобы их исполнять». И получается, человек закрылся от благодати Божией, ибо человек, не верующий в то, что можно исполнить сказанное Богом, он закрыл себя от действия этой благодати хотя бы просто потому, что он не верует. А благодать дается за веру. И вот человек живет так годами. Он годами научился оправдывать себя и годами уверивает себя, что невозможно сделать так, как требует Христос. И поэтому человек постепенно становится мертвым. Он ходит в храм, но не животворится Божественной благодатью. И то, что он мертв, проявляется в том, что он уже не может не судить, не может не укорять, не может не гордиться, причем на пустом месте.

И эта мертвенность человека приводит к тому, что он уже не в состоянии ничего сделать с собой. Если благодать Божия сама не взыщет его, исправить его почти невозможно. Но если мы посмотрим и захотим все-таки идти этим путем, что же нам сделать? Надо человеку поверить, что заповеди Божии исполнить можно, что он должен их исполнить. И он виноват в том, что их не исполняет. И оправдания ему нет.

Мы не можем оправдать себя. Всех можем, себя нет. Если мы оправдаем себя, то мы будем лицемерами. Если оправдаем другого, мы научимся любить. Это двойственность, только перевернутая. Мы ведь так и делаем наоборот. Мы любим себя и злимся на других, гордимся перед другими. А надо перевернуть это все: перевернуть мир, перевернуть собственное сознание, сердце собственное вывернуть на изнанку. Чтобы любить, значит, оправдывать других и обвинять себя. Я виноват в том, что не люблю, виноват в том, что сужу, виноват в том, что не могу поститься, виноват в том, что я плохой человек. И прийти на исповедь перед лицом Бога и сказать: «Я виноват во всем. Мне нет прощения. И никто никогда не сможет меня простить. Только Ты, Господи, яви мне свою милость».  И несомненно, Бог явит Свою милость. Несомненно, Он помилует человека, потому что сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит. Но представьте себе, как трудно жить в таком состоянии. Приходя на исповедь, обвинять себя, оправдывая других, обвинять себя и прощать всех тех негодяев, которые окружают в нашей жизни, от сердца прощать, понимая, что в моих грехах ни не виноваты. В моих грехах виновато только мое грехолюбие и нелюбовь к Богу.

И вот когда мы ищем, чтобы Господь нас простил, то Он и прощает нас. Но чтобы в этом состоянии быть, надо поверить, что Бог и пришел в этот мир, не чтобы требовать от нас праведности, а чтобы ее даровать, не чтобы судить нас, а чтобы простить, спасти, даровать нам новое сердце, новую душу, новый ум, изменить нас. Ибо Он не ждет, когда мы изменимся, а дает нам Тело Свое, благодать Свою, чтобы она переплавила наше сердце, просветила нашу душу. Но в это нужно верить, что Господь именно это принес дать нам – милость Свою, щедрость, благодать и любовь. И тогда мы не будем стыдиться наших пакостных одежд, как не стыдились те, кто пришли на брачный пир, ибо при входе им дают брачную одежду. От них не требуют, когда они вычистят ее, им просто дают. Так вот и выйдем к Богу. Не будем стыдиться всех наших неправд. Он знает о них. Принесем их к Богу и скажем: «Я кругом перед Тобой виноват. Но измени меня. Сделай меня другим. Преобрази, перероди в самом себе и дай мне возможность быть новым человеком, который любит других и судит только самого себя», надеясь на милость Господа нашего Иисуса Христа. Аминь.